Философские тексты читаются для того, чтобы что-то приобрести, что-то понять, чтобы расширить свое понимание Мира. Если текст этого не дает - книгу надо просто закрыть, а не сидеть над ней, выискивая несовпадения своих представлений с суждениями автора. Это совсем как с поэзией: она либо есть, либо ее нет. Но не вообще, а персонально для каждого. Если стихотворение не нравится, то это не значит, что в нем есть "ошибки" стихосложения. Просто оно не твое.

Или поиск ошибок в философских текстах можно сравнить с ковырянием в блюде для того лишь, чтобы потом выкатить повару список своих "фи". Не нравится - не ешь, а коли ешь - так наслаждайся вкусом.

И еще, философия кумулятивна не формально, как наука, накапливающая множество истинных суждений, а интегрально понятийно - в ней вообще нет формального результата. Гегель ни опровергает, ни продолжает Канта. Каждый последующий философ лишь дополняет, добавляет. Но не монетку в копилку, а расширяет саму копилку. Если кто-то докажет, что часть гегелевских монеток была фальшивой, от этого копилка разума не сдуется. Что привнесено в мышление, то никуда не денется. И читать Гегеля (Канта и пр.) надо не для того, чтобы найти, в чем они ошибались, а для того, чтобы расширить свое понимание до привнесенного ими.
http://boldachev.livejournal.com/72322.html

как могло получиться, что наша логика, с помощью которой мы познаем физическую действительность, работает иначе, чем сама эта действительность?
...
Мы замечательно умеем реконструировать цепочки причин и следствий. Не обязательно каждому следствию соответствует одна причина; мы вполне умеем анализировать взаимодействие двух-трех интересующих нас факторов. Но все равно при этом наше мышление остается алгоритмическим, цепочечным. "A повлияло бы на B так, что должно было быть С, но из-за D получилось E".

Следствием нашей цепочечной логики является то, что при любом познании мы пытаемся навязать ее объекту нашего изучения. Неважно, как он функционирует - мы-то думаем именно так, и именно на такой основе строим модели внешних феноменов. Вследствие этого мы очень плохо понимаем динамику процессов, основанных на одновременном действии множества внутренних взаимосвязей. Приведу пару примеров, один попроще, другой - посложнее.
http://www.computerra.ru/own/shabanov/652357/

Оригинал взят у shiropaev в Неосоветизм

Оригинал взят у fritzmorgen в СССР: бедность или нищета?

... логика, будучи самой абстрактной наукой, является одновременно самой сложной наукой. Открытия в логике делать труднее всего. Поэтому по-настоящему заметных открытий в логике довольно мало. Быть учёным-логиком – самое нелёгкое призвание.

В контексте всего вышесказанного получается, что развивать и поддерживать логические традиции и формировать сообщество логиков – очень непростая задача. Всегда будет мало желающих настолько высушить свой мозг, чтобы заниматься самой абстрактной наукой, в которой заметное научное открытие сделать труднее всего. Проще быть кем угодно из учёных, но только не логиком.

В Советском Союзе были заложены очень мощные логические традиции. Возникли серьёзные логические школы. Объяснить это можно, помимо прочего, тем, что жизнь в СССР была крайне серой и скучной, поэтому интеллектуалам ничего не оставалось делать, как сушить мозг. В капиталистическом обществе многие из них стали бы бизнесменами, инженерами, менеджерами IT-проектов и т. д. А в рамках серых будней советского человека занятия с формулами казались весьма захватывающими.

Самые мощные логические центры были созданы в Ленинграде, Москве, Новосибирске. В рамках этих центров были получены просто невероятные результаты – создана теория алгоритмов, теория моделей, доказаны принципиальные теоремы – например, целый ряд теорем, связанных с проблемами неразрешимости. В советские времена российская математика имела такой высокий мировой статус, что многие западные математики специально изучали русский язык, чтобы оперативно знакомиться с достижениями советских математиков и логиков. Но это всё в прошлом.
...
Если брать регион Российской империи, то необходимо отметить, что здесь был очень высокий уровень развития логики, что было связано, видимо, с очень хорошими математическими традициями. Логическими исследованиями в строгом смысле занимались главным образом в Казанском и Одесском университетах. Одним из самых известных российских основателей математической логики был Платон Парецкий – профессор Казанского университета. Например, Л. Кутюра оценивал методы Парецкого как кульминационный пункт в развитии алгебры логики на тот период. Известным российским логиком, специализирующимся на алгебре логики, был также Евгений Буницкий – профессор Одесского университета. Его исследовательский интерес лежал в области применения некоторых результатов алгебры логики к арифметике, а также в определении числа членов в логическом полиноме. Российские учебники по логике были очень высокого уровня. Во многих сопредельных странах они переводились на национальные языки. Например, одним из самых популярных российских учебников по логике была книга Александра Введенского, изданная в 1912 году. Она была переведена на латышский в 1921 году. В Латвии данный перевод оказался первым учебником по логике.

С появлением на геополитической карте Советского Союза оригинальные российские логические традиции были прерваны. Дело в том, что в Советском Союзе стали осуществлять идеологический контроль над всеми видами творчества: над искусством, наукой, религией. Считалось, что единственно верной идеологической базой любого творчества должен выступать диалектический материализм – философская теория, получившая развитие в традиции марксизма-ленинизма. Философская значимость этой традиции была крайне низкой. Эта была теория обо всём и ни о чём. С её помощью можно было объяснить любой феномен: природный, социальный, мысленный.

В науке диалектический материализм насаждался как обязательный философский контекст любых научных рассуждений. Иногда этот контекст был важнее, чем содержание самих научных рассуждений. Господство диалектического материализма во всех сферах жизни советского человека снижало роль рефлексии в социальной деятельности, равно как отсутствие публичности и конкурирующих моделей поведения. Поскольку научная деятельность является разновидностью социальной деятельности, постольку в советском обществе с низким рефлексивным отношением к социальной деятельности было очень специфическое отношение к производству научного продукта, и научная деятельность организовывалась иерархически командными методами.

Тем не менее, советская наука в сфере технического знания имела некоторые успехи мирового уровня. Советская математика и вовсе оказалась лучшей в мире. Объясняется это следующим образом. На научно-исследовательскую работу советского учёного оказывалось значительно большее воздействие различных внешних обстоятельств, чем на аналогичную работу западного учёного. В известной мере было сложнее, например, опубликовать научные работы. Поэтому в условиях изолированности советской науки возрастала напряжённость в конкуренции различных исследовательских групп. Всё это, с одной стороны, привело к выхолащиванию математического знания (советская математика и физика предполагали более строгий, взыскательный стиль оформления научной работы, чем это имело место на Западе), а, с другой стороны, гуманитарные науки во многом превратились в псевдонаучное знание.

http://www.drugie.ru/page/1/3009/publ/

...
– Вы известны также как специалист по иудейской логике. Могли бы вы более подробно рассказать о её сути и месте в современном калейдоскопе многозначных логик?

– Логика является чуть ли не самой древней наукой. Единственная наука, которая появилась немного раньше логики, – математика. Фактически логика и математика – две самые древние науки, которые сразу возникли в своей чистоте. Они с момента своего рождения изначально были адекватным знанием, которое было лишено каких бы то ни было ошибок и неточностей. Остальные науки, возникшие в античности, даже и науками в полном смысле называть нельзя. Это были преднауки. Античная физика и биология, к примеру, с течением времени были признаны ненаучными теориями. Но античная логика и математика как были научными теориями две с половиной тысяч лет назад, так таковыми и остались до сих пор.

Математических систем (исчислений) может быть сколько угодно. Аналогичная ситуация и с логическими системами, которых может быть много. Первые логические системы возникли в рамках трёх культур: во-первых, древнегреческая логика, возникшая в эллинистической культуре, во-вторых, логические построения ньяя и навья-ньяя в индуизме, и, в-третьих, буддийская логика в рамках буддийского учения хинаяны. В древнегреческой логике отцами-основателями стали Аристотель и Хрисипп, в индуистской логике – Гаутама и Ватсьяяна, в буддийской логике – Дигнага и Дхармакирти. Это были три совершенно разные подхода к логике. При этом все они являются вполне плодотворными.

В западной культуре укоренилась логика Аристотеля. К сожалению, все труды Хрисиппа были утрачены. Логика Аристотеля до сих пор преподается на гуманитарных отделениях российских университетов. Однако в логике Аристотеля есть много допущений, которые не разделялись ни в индуистской логике, ни в буддийской логике. Только в конце XIX века учёные осознали то обстоятельство, что может быть целая куча неаристотелевских логик. Поэтому с середины XX века индуистская и буддийская логики как альтернативные Аристотелю системы стали вызывать немалый интерес.

Итак, считается, что в древнем мире были заложены только три оригинальных подхода к логике: аристотелевский (древнегреческий), гаутамский (индуистский) и дигнаговский (буддийский). Однако в исследованиях, которые мы совместно проводили с целым рядом логиков и философов из Англии, Израиля, США, а также некоторых других стран, нам удалось показать, что в древнем мире была заложена ещё одна оригинальная логическая традиция – иудейская логика.

По результатам совместных исследований я подготовил две книги. Одна вышла в США в престижном научном издательстве Gorgias Press, специализирующемся на библейских исследованиях. Вторая вышла как специальный выпуск известного английского научного журнала History and Philosophy of Logic.

В обеих книгах раскрывается специфическая природа иудейской логики и предлагаются её математические формализации. В частности, нами обнаружено, что формализация иудейской логики может внести неоценимый вклад в развитие современной информатики. Дело в том, что в иудейской логике, разработанной примерно две тысячи лет назад для семантической расшифровки Писания, предлагалось множество таких сложных в техническом плане правил рассуждений, которые могут быть понятны математикам лишь на нынешнем уровне развития логики и информатики.

Я приведу пример одной такой странной схемы рассуждения. Данное правило вывода иудейской логики называется qal vachomer. Отличие от аристотелевских схем рассуждения колоссально.

В логике Аристотеля рассуждение идёт от общих понятий к частным понятиям. Например, у нас есть общее понятие «живое существо» и его частная разновидность «человек». Нам известно такое качество «живого существа», как «смертность». По правилам Аристотеля мы заключаем, что «человек» также «смертен». В последующем неоплатоник Порфирий предложил все понятия спроецировать на единую схему дерева, в котором корнем выступает самое общее понятие «вещь» (субстанция) и далее: чем менее общее понятие, тем оно дальше от корня. Все единичные понятия – это вершины дерева. По мнению Порфирия, данная схема дерева описывает всю нашу реальность. Правила Аристотеля позволяют делать выводы от корня дерева Порфирия к его вершинам.

В иудейской логике мы так рассуждать не можем. Там вообще нет правил Аристотеля. Дело в том, что в иудейской логике вместо дерева Порфирия есть дерево семантических отношений между повелениями Торы. Но в этом дереве есть недостающие ветви, то есть оно не такое симметричное, как дерево Порфирия. Правило qal vachomer позволяет достраивать недостающие ветви. Иными словами, оно позволяет делать дерево Торы симметричным! Ничего подобного нет больше ни в одной древней логике. Это абсолютное know-how иудейской логики. В чём именно оно состоит?

Во-первых, в логике Аристотеля и во всех других древних логиках мы в процессе рассуждения двигаемся линейно – от нескольких посылок (выражающих общие понятия) к следствию (выражающему частное понятие). В иудейской логике по правилу qal vachomer мы двигаемся массивно параллельно – у нас сразу неограниченно много посылок и неограниченно много следствий. Во-вторых, в логике Аристотеля (как и в других логиках древнего мира и средневековья) мы рассуждаем, перемещаясь по вертикали – от общего к частному или от частного к общему. В иудейской логике по правилу qal vachomer мы перемещаемся горизонтально – ищем нарушение симметрии в данном пучке ветвей дерева Торы и пытаемся исправить обнаруженное нарушение симметрии.

Я проиллюстрировал специфику иудейской логики только на основании одной иудейской схемы рассуждения – qal vachomer, а таких необычных схем в иудейской логике встречается много. Все они представляют заметный интерес для современной информатики.

Развалился не СССР, а Российская Империя, когда окончательно исчерпала крестьянский ресурс, а капитализма - не было построено. В отягощение - социальная модель - работала на истребление активных, неординарно мыслящих, государственная - привела к расцвету тотальной бюрократии и зарегулированости, а ее всевластность и бесконтрольность со стороны общества к - росту коррупции. Экономическая - оказалась хуже рынка с его периодическими (и уверен - неизбывными кризисами). Нравственность и мораль были извращены, и если первые поколения советских граждан еще опирались на неизвращенную, то их внуки и правнуки растеряли, а "пролетарская революция" и прочие "кодексы строителя коммунизма" оказались плохими методами воспитания(результат можно наблюдать сейчас - все чиновничество воспитано там, в СССР)

Мой ответ на Почему развалился СССР?
http://www.livejournal.com/misc/latestqotd.bml?qid=2968

Пообщался с одним совком, оказалось выше - много буков у меня вышло, ни асилил.
Хорошо, короче

Вынес таки пользу.

Хорошо, по другому.

Фундаментальные причины 3:
Экономическая: исчезновение дешевой рабочей силы, не скомпенсированное соответствующим увеличением производительности труда.
Управленческая: неэффективный менеджмент. Который увеличивал потери, разбазаривание ресурсов, результатов труда и замедлял внедрение в производство инноваций.
Идеологическая: морально-нравственные установки перестали быть руководством к действию как для многих людей во власти, так и для обычных граждан. "Бездуховность запада" поразила советское общество куда сильней чем сам запад. Что привело к безболезненному распаду, потому что СССР как государство уже никому не был нужен. Ни коммунистам, ни простым обывателям.

Ты столько сил вкладываешь в него, правда? Он возвышает тебя над зверями лесными, он тебя выделяет. Ты зовешь себя Homo sapiens — человек разумный. Да имеешь ли ты хоть представление о том, что он такое, этот разум, который ты поминаешь с таким восторгом? Ты хоть знаешь, на что он годится?

Ты, может, думаешь, разум дает тебе свободу воли? Или забыл, что безумцы разговаривают, водят машины, совершают преступления и убирают улики — и все это время находятся без сознания? Или никто не сказал тебе, что даже те, кто бодрствует, — всего лишь рабы, отрицающие очевидность?

Сделай осознанный выбор. Реши шевельнуть указательным пальцем. Поздно! Сигнал уже миновал локоть. Тело начало действовать за добрых полсекунды до того, как твое сознание решилось это сделать, ведь сознание ничего не решает; твоим телом распорядилось что-то иное, а гомункулу в черепушке только пояснительную записку отправило — если не забыло. Человечек в голове, самонадеянная подпрограмма, полагающая себя личностью, принимает взаимную связь за причинную; он читает записку, видит, как шевелится палец, и считает, что второе вызвано первым.
Но он ничем не управляет. И ты не управляешь. Если и существует в природе свободная воля, она не снисходит до таких, как ты.

Тогда что же? Проницательность? Мудрость? Поиск истины, доказательства теорем, наука, технология и все прочие исключительно человеческие занятия, которые не могут не покоиться на фундаменте разума? Может, он бы и для этого сгодился… если бы научные прозрения не возникали, вполне оформленные, из подсознания, не проявлялись в сновидениях или озарениями после крепкого сна. Первое правило зашедшего в тупик исследователя: остынь. Займись другим. Решение придет, когда перестанешь сознательно его искать.

Каждый пианист знает, что лучший способ испортить выступление — следить за движением пальцев. Каждый танцор и гимнаст понимает, что тело должно действовать само, без участия разума. Каждый водитель прибывает на место, не запоминая ни остановок, ни поворотов, ни дорог, которыми добирался. Все вы лунатики, когда взбираетесь на пики познания или в тысячный раз корпите над рутинным делом. Все вы просто лунатики.

И не поминайте только кривую обучения. Даже не пробуйте говорить о месяцах старательных тренировок, ведущих к въевшемуся в плоть мастерству, или о годах кропотливых опытов, которые венчает перевязанная ленточкой эврика. Что с того, если уроки ты усваиваешь в сознании? Разве это доказывает, что нет иного пути? Эвристические программы уже на протяжении столетия обучаются только на основе опыта. Машины освоили шахматы, автомобили научились водись себя сами, статистические алгоритмы ставят проблемы и предлагают эксперименты для их разрешения, и вы все ещё считаете, что единственный путь к обучению лежит через разум? Да вы — кочевники каменного века, впроголодь живущие в саванне, отрицая даже возможность сельского хозяйства, потому что ваши предки довольствовались охотой и собирательством.

Хочешь знать, для чего нужно сознание? Хочешь знать, какую — единственную — функцию оно реально выполняет? Подпорок для учащихся ходить, маленьких колес детского велосипеда. Ты не в силах увидеть оба аспекта кубов Неккера разом, поэтому оно позволяет тебе сфокусироваться на одном и отсечь другой. Изрядно дурацкий способ анализировать реальность. Всегда лучше видеть разом обе стороны. Ну, попробуй. Расфокусируй взгляд. Логически — это следующий шаг.

Не получается? Что-то мешает.

И оно сопротивляется.

* * *

Эволюция лишена предвидения. Свои цели вырабатывает только сложная система. Мозг — лжет. Контуры обратной связи возникают для поддерживания стабильности сердцебиения, а потом мозг сталкивается с искушением ритма и музыки. Удовольствие, получаемое при виде фрактальных узоров, алгоритмы, помогающие выбрать среду обитания, перерождаются в искусство. Радости, которые прежде приходилось зарабатывать шаг за шагом по эволюционной лестнице, теперь приносила бессмысленная рефлексия. Из триллиона дофаминовых рецепторов возникает эстетика, и система перестает просто моделировать организм. Она начинает моделировать процесс моделирования. Она пожирает все больше и больше вычислительных ресурсов, вязнет в болоте бесконечной рекурсии и неуместной симуляции. Как мусорная ДНК, что накапливается в геноме любой твари, система сохраняется, и множится, и ничего не производит, кроме собственных копий. Надпроцесы расцветают, точно опухоли, пробуждаются и называют себя «Я».
Система слабеет, замедляется. Столько времени уходит только на восприятие — на то, чтобы оценить сигнал, пережевать, принять решение на манер разумного существа. Но когда на пути твоем грохочет потоп, когда лев набрасывается из густых трав, новомодное самосознание оказывается непозволительной роскошью. Ствол мозга работает в меру сил. Он видит угрозу, перехватывает управление, реагирует в сотню раз быстрее, чем жирный старикашка, восседающий в директорском кресле наверху; но с каждым поколением все труднее становится обходить эту… эту скрипучую неврологическую бюрократию.

Самоодержимое на грани психоза «Я» растрачивает энергию и вычислительные мощности.
Потому что «Я» — это не рабочий мысли. Для человека сказать «Я не существую» — бессмыслица; но когда то же самое повторяют процессы в глубине его мозга, они всего лишь докладывают, что паразит сдох. Они сообщают, что свободны.